Дерзновение ко спасению

О стремлении к вечности

Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа! Когда мы слушаем удивительные великопостные богослужения, дорогие братья и сестры, в нашей душе рождается стремление к вечности, к обретению Господа. Потому что мы  понимаем: всё то, что есть в этом мире, суетно и не удовлетворяет нас, и не может нас успокоить. Поэтому псалмопевец Давид и говорит: «Как лань желает к потокам воды, так желает душа моя к Тебе, Боже!» (Пс. 41:2). Наша душа стремится к Богу, чтобы и напитаться благодатью, и утолить духовную жажду, и утешиться, потому что без Бога нет полноты нашей жизни.

Сейчас многие люди, которые обретают Господа, уходят из этого мира – уходят в монастыри, в святые обители, чтобы никто и ничто их не могло разделить с Господом, чтобы никакая суета, ни попечение, ни семейные заботы не могли их отвлечь от дела спасения души. Мы думаем, что это было в древние времена, но, на самом деле, это происходит и сегодня, и сейчас, когда мы читаем не только жития древних святых, но и совершенно недавние повествования, то изумляемся жизни этих людей. Уходят в обители не только те, кто испытал эту жизнь, увидел «юдоль плачевную» и сполна испил чашу страданий в этой жизни, но уходят и те, которые воспитывались в вере от юности своей и возлюбили Господа «всем сердцем своим, и всею душею своею и всеми силами своими» (Втор. 6:5). И вот, когда смотришь на этих молодых людей, думаешь: «Чем они живут?» А живут они глубочайшей верой, и ничто не интересует их в этом мире: какие бы сладости и радости он им ни предлагал, эти люди всё равно отрекаются от «мира сего».

Есть замечательное повествование о таких людях, которые жили совершенно недавно, буквально в начале XX века или в конце XIX века. Многие могут подумать, что сто лет назад ещё были люди, которые имели особое воспитание и которые, конечно, могли стремиться к Богу и показать высоту и красоту духовного подвига. Но, на самом деле, и в наши времена есть очень много подвижников, о которых сегодня никто не говорит, и о которых напишут только через сто лет. Через сто лет будут о них говорить: о том, какие они великие, какие они замечательные, потому что они жили в начале XXI века, а тогда, мол, люди были крепче верой, тогда в России было духовное возрождение. Вот тогда-то и появилась крепкая вера, вот тогда русская земля и дала подвижников благочестия. На самом же деле, во все времена есть такие люди, потому что не может жить земля без святости и святых. Не стоит, говорили наши предки, деревня без праведного и город без святого. Если бы не было этого основания, не было бы и жизни на земле, потому что каждый подвижник есть свеча перед Господом неугасимая, говорящая о Его милости к роду человеческому.

Под Сергиевым Посадом был и есть (сейчас он восстановлен) скит «Святой Параклит» – скит во имя Святого Духа. В этом скиту в конце XIX века подвизался один юноша, который закончил свой земной путь в 1899 году в больнице Троице-Сергиевой Лавры. Ему был всего 21 год. Он был уроженцем Петербурга и работал у богатых хозяев. А так как он был очень красив и статен, то хозяйка искусилась им, подобно тому, как некогда жена фараона была пленена красотой Иосифа и стала добиваться его любви (Быт.39:7-20). Этого юношу звали Пётр. Ему пришлось убежать из дома этих богатых людей и, покинув Петербург, он оказался в  Троице-Сергиевой Лавре, откуда его направили в скит «Святой Параклит». В то время в скиту подвизался очень известный подвижник – старец Онуфрий, к нему стекалось очень много учеников, которые вдохновлялись его верой и искренним служением Богу.

Пётр пришёл к этому старцу и говорит: «Отче, возьми меня в свои ученики, и я буду послушен тебе во всём». После недолгих уговоров старец согласился взять его в послушники. И, действительно, как говорится в описании, Пётр стал очень послушным и молитвенным человеком. Невзирая на свою юность, на свои 18 лет, он приходил раньше всех к богослужению, а уходил позже всех, всегда стоял на молитве с сосредоточенным лицом, охотно выполнял любое послушание, которое ему давали в монастыре. И при всём этом он очень мало вкушал и был молчалив. Утром Пётр выходил на послушание раньше всех. Когда приходило время обеда, то ел немного пищи, а на ужин съедал только корочку хлеба, и то,  жевал её в течение всего ужина. Братия жалела подвижника и говорила: «Ну что ты, Пётр, вкуси побольше еды, ты ещё молодой, тебе надо расти и заботиться о своём организме». На что он отвечал: «Да я уже сыт, я уже покушал». А иногда говорил такие слова: «Простите, братья, но я человек грешный, помолитесь за меня».

Так Пётр подвизался в течение двух с половиной лет. Но однажды, выполняя холодной осенью послушание на улице, он прозяб и заболел, стал бледен и потихоньку стал угасать, практически перестал есть. Братия его и призывала, и уговаривала больше есть, но он почти ничего не вкушал. Прошёл Великий пост, наступила Пасха, пропели «Христос воскресе!», и братия начала разговляться. Разговелся и Пётр, но съел всего один кусочек кулича и после этого попал в больницу, там он через две недели отошёл ко Господу.

Этот рассказ может показаться нам немножко своеобразным, ведь, казалось бы, человек мог жить долгое время и подвизаться, не пренебрегая той жизнью, которую дал ему Господь. Но, на самом деле, многие подвижники благочестия пренебрегали своей плотью ради Христа, потому что старались за счёт подвигов приблизиться к Господу. Мы знаем, что очень рано умер, например, святитель Иоасаф Белгородский. Он прожил от роду всего 47 лет, потому что сильно болел, а болезни его, сказано в житии, были от непомерного подвига, а подвиг, конечно же, был от любви к Богу.

Примерно в то же время в «Параклите» жил ещё один такой подвижник, молодой человек по имени Павел, но так как он был приветлив и всем улыбался, то звали его в монастыре Павлушей. Если Пётр подвизался три года, то Павлуша – девять лет. Умер он в 35 лет, значит, в 24 года он пришёл в эту обитель. Пришёл и тоже с радостью выполнял любое послушание. Но до чего же Павлуша любил молиться! Он никогда не садился на богослужении, всегда старательно исполнял длинное правило, а, чтобы понести больший подвиг, спал сидя. И от такого непомерного труда у него стали отекать ноги, и он едва мог наступать на них. Когда старец Онуфрий узнал, что у Павлуши так распухают ноги, то он запретил ему спать сидя. Тогда подвижник стал ложиться в подряснике на голые доски, чтобы не получать услаждения от сна.

Павлуша был очень послушный и радел о своём спасении, постоянно читал книги и очень часто засыпал за ними, а свечи были сальные, они горели и расплывались по всему столу, когда уже догорали. И вот, один раз Павлуша заснул за молитвой, опустив на книгу свою голову. Свеча догорела, расплылась, загорелась скатерть, затем и книга, а потом он проснулся оттого, что на его голове трещали волосы. После этого случая Павлуша стал более внимательным, но всё равно, сколько ни пытался сосредотачиваться, один раз всё же ушёл на богослужение, забыв потушить свечку, и загорелась его келья. Хорошо, что кто-то из проходящих мимо братий увидел пламя – вовремя потушили. Павлуша сильно расстроился,  ведь игумен после этого мог выгнать из монастыря. А он так прилепился душой и сердцем к скиту, что пришёл к игумену, упал ему в ноги и сказал: «Отче, прости меня! Накажи меня, как ты захочешь, только не выгоняй из монастыря». Конечно, игумен пожалел его, увидел его сокрушение и такую веру, и, немного наказав его, всё-таки оставил в обители.

После этого Павлуша стал еще строже относиться к себе. Он стал ходить в дырявых рясах и бороться  со своей брезгливостью. Ему дали послушание ухаживать за престарелыми и больными иноками этой обители. Павлуша их кормил, ухаживал за ними. А когда во время общей трапезы у братьев падали крошки на пол, тогда он поднимал их с пола и доедал эти крохи за братией, таким образом, смиряя себя. Этого послушника долго не постригали в монахи, не давали рясу. И вот однажды, за два года до его смерти, наместник Троице-Сергиевой Лавры благословил отцу игумену одеть в рясофор пять послушников, но среди этих пятерых опять не было Павлуши. И тогда один из послушников отказался от рясофора и упросил игумена, чтобы тот одел в рясу Павлушу, отчего у него была большая радость, все стали называть его уже отцом Павлом. Но вскоре он занемог и заболел чахоткой, стал худеть и так же попал в лаврскую больницу.

Опасаясь скорой кончины, братия пришла, чтобы причастить отца Павла. Прочитали ему правило, он сам помолился, причастили его и ушли, а он попросил, чтобы сидя почитать ещё Псалтырь. В руках у него были чётки. Через несколько минут один из братьев вернулся и увидел, что Павлуша привалился к подушке и  сидит как-то на боку. Он сказал: «Брат Павел, неужели ты умер?» и услышал в ответ: «Да, умер». И в этот момент отец Павел отошёл ко Господу, у него упали из рук чётки и Псалтырь. На 40-й день, или накануне, отцу игумену и одновременно духовнику отцу Онуфрию было видение, как Павел идёт в Царствие Небесное, весёлый такой. Они спрашивают его: «Как тебе там?» Он говорит: «Хорошо здесь, батюшка, приходите к нам, здесь лучше, чем там, на земле».

Вот какие подвижники благочестия жили совершенно недавно! А многих из тех, кто сегодня подвизается, мы тоже не знаем, которые душу и сердце своё отдают Богу, потому что любят Его, потому что всей душою желают послужить Ему Единому. И мы в своей жизни собираемся здесь не только для того, чтобы Господь улучшил наше земное положение, но, конечно же, послужить Богу, хотя митрополит Вениамин (Федченков) хорошо сказал, что современный человек в храм приходит «не Богу послужить, а себя обслужить». Но мы надеемся, что этот Великий пост даст нам духовные силы и прозрение, чтобы мы не себе служили в течение жизни и не себя обслуживали, когда приходим в храм, а чтобы послужить Богу и через эту службу приблизиться к Отцу Небесному.

Аминь.

Богоявленкский Собор Пенза

Адрес собора:

г.Пенза, ул. Октябрьская, 2/116. Тел.: 8(927)289-49-84, 39-49-84.

(ДК Железнодорожников)

www.bogoyav-sobor.com

Богоявленский Собор, г. Пенза

  • Vkontakte Social Иконка
  • Facebook Социальной Иконка

Вопрос священнику