Дерзновение ко спасению

Душе моя! Восстани, что спиши!

Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа! Сегодня, возлюбленные о Господе братья и сестры, мы слышали четвёртый и последний раз на Великом повечерии канон преподобного Андрея Критского. Казалось бы, ждали-ждали это время, ждали целый год, и сегодня уже прослушали последний раз те песнопения, которые Господь сподобит нас услышать только следующим Великим постом, – удивительные и замечательные песнопения, которые предлагает нам Святая Церковь в эти минуты, в эти дни, настраивая нас на совершенно другой лад.

Мы с вами говорили перед началом Великого поста о необходимости делать добрые дела, о том, что внешняя жизнь христианина украшается этими добрыми делами, без которых невозможно войти в Царствие Небесное. И когда мы говорили о Страшном Суде, то, как раз его мерилом будут являться те добрые дела, которые творит человек в течение всей своей жизни. Но сегодня Святая Церковь говорила нам о другом делании – о внутреннем делании, чтобы мы обратили с вами внимание на свою душу. «Душе моя, душе моя, восстани, что спиши? Конец приближается…», – взывает Святая Православная Церковь. Она сегодня призывает каждого из нас, чтобы мы посмотрели на свою душу, на своё сердце, обратили внимание на стремления нашего сердца: к чему мы идём и что мы ищем в этой жизни, и какое место в ней занимает Господь?

Все движения нашей души в эти дни должны быть направлены к Богу. Мы вспоминали с вами слова святого апостола Павла: «Имею желание разрешиться и быть со Христом» (Фил.1:23). Все свои усилия мы должны направить на то, чтобы приобрести в своём сердце Христа ещё в этой жизни. Тогда ничто не будет нас страшить. «Кто отлучит нас от любви Божией, – говорит апостол, – скорбь, или теснота, или гонение?» (Рим.8:35).  Ни то, ни другое, ни третье, никакое творение не может нас отлучить от любви Божией. Поэтому всегда надо стремиться быть ближе к Богу. Что это нам даёт? Совершенно спокойный переход от этой жизни к вечности. Потому что человеку, стремящемуся к Богу, стремящемуся ко Христу, не страшна смерть.

Каждый человек, который встречается в настоящее время со смертью, содрогается и сотрясается. Душа его болит и скорбит, он не может объяснить, не может смириться с фактом смерти, потому что он вообще не смог достичь смирения в этой жизни. Он жил без Христа, он не возделывал свою душу, не возделывал своё сердце, поэтому он не может никак объяснить и осознать, почему он болен, почему эта жизнь заканчивается, почему он приближается к смерти.

Мы с вами несколько вечеров вспоминали старцев и подвижников Святого Параклита – скита, который находится недалеко от Троице-Сергиевой Лавры, и который был славен, но в этом скиту не было учёных монахов. Там жили простецы, которым не находилось места в славных обителях, таких как Троице-Сергиева Лавра. И когда приходили люди с «багажом» мирской жизни, их направляли в этот скит Святого Параклита, чтобы они там подвизались с такими же, как они, простецами. Но эти простецы умирали так, как умирают святые люди.

Мы с вами говорили о юношах, говорили  о старцах, говорили о полковниках, об учителях и других служащих, но они совершенно удивительно уходили ко Господу, потому что они стремились к благородству собственной души. Они занимались тем внутренним деланием, которое украшало их и приближало ко Христу. Они ощущали реальность общения с Богом здесь, на земле, поэтому для них не было ничего устрашающего. Они просто, тихо и спокойно уходили из этой жизни. Одни болели, другие – нет, потому что жизнь их от юности протекала в монастыре, потому что они «ходили пред Богом», и не было у них таких грехов, за которые нужно еще здесь пострадать и поболеть в этой жизни.

О старце Израиле, который умер в начале XX века, почти перед революцией, известно, что он прожил в Святом Параклите более 30 лет. Он приходил раньше всех к богослужению – обычно за час до службы. Отец Израиль старался не только не опоздать на неё, но прийти за час. Он никогда не пренебрегал богослужением, чтобы у него была возможность обойти все иконочки, которые были в церкви, приложиться, поклониться святым угодникам Божиим, а затем шёл и долго поминал, почти полслужбы поминал своих близких, знакомых, сродников, немало надоедая духовенству своим бормотанием, потому что он хотел за каждого помолиться и каждого помянуть.

Совершенно незаметно протекла его жизнь в скиту. Но за неделю до смерти отец Израиль занемог, попросил причаститься Святых Христовых Таин, в день смерти с утра он причастился, в 12 часов его пособоровали, а в 4 часа он обратился  к послушнику, который за ним ухаживал, со странным вопросом: «Иван, а какой сегодня праздник? По какому случаю сегодня крестный ход?» «Батюшка, да что Вы! О чём вы говорите? Никакого крестного хода нет!» «Ну, как нету? Смотри, сколько пришло старцев в белых облачениях!» А через несколько минут отец Израиль испустил дух. За ним пришли светоносные и святые отцы из вечности, он сподобился увидеть их ещё до своей кончины! А тот, кто был рядом с ним, не видел этого, не осознавал, о чём говорит старец.

Другой старец, приехавший из Тульской губернии, совершенно светский человек, который был сапожником, жил своей жизнью и вдруг узнал о том, что у него смертельная болезнь. В то время она называлась «костоед», то есть разрушение костей, от этого на конечностях появлялись открытые раны. Они постоянно кровоточили и гноились. Когда тот человек узнал о том, что его болезнь неизлечимая, он решил: «А что мне делать в этом мире?», и уехал в Троице-Сергиеву Лавру. Оттуда его направили в Параклит, и там нового послушника сразу поставили канонархом, потому что он имел прекрасный голос. Он каждый день ходил на богослужения, имея такую немощь, испытывая ужасную боль, ведь тогда не было обезболивающих лекарств, но ни одной службы, как говорится в житии, подвижник не пропустил, хотя каждое утро ему приходилось перебинтовывать ноги и ухаживать за своими ранами. Порой слышали крики, когда он отдирал бинты, и после этого всё равно шёл на богослужение.

В тот год, когда он умер, на Страстной седмице у него была такая боль, что он не знал, куда себя девать, но всё равно шёл на службу и, стиснув зубы, читал 15 паремий в Великую Субботу. И, говорят, как он читал! А между паремиями братия слышала скрежет его зубов от боли… Затем он пошёл в больницу Троице-Сергиевой Лавры, пожил там несколько недель, а за несколько дней до смерти написал своему духовнику письмо, чтобы тот пришёл к нему проститься, потому что почувствовал близость кончины. В день смерти страдалец тоже причастился Святых Христовых Таин.

Другие братья тоже никогда не роптали на боль, на какие-то внутренние переживания, и тихо, мирно, совершенно спокойно отходили ко Господу. Потому что они занимались украшением своей души, занимались внутренним деланием, и смирение становилось уделом их жизни. Для них не было ничего страшного, всё воспринималось спокойно, не было такого буйного духа, который царствует в современном мире. Мы чего-то ищем, за чем-то бежим, гонимся за тем, что ускользает от нас. В итоге мы разрушаем самих себя. А нам бы тоже заняться этим внутренним деланием, успокоиться и совершенно мирно и спокойно реагировать на те обстоятельства, которые встречаются в нашей жизни. К этому сегодня и призывает нас Святая Церковь и тот Великий канон, прекрасный и сложный, который открывает нам и Ветхий, и, отчасти, Новый Завет.

Сегодня мы сугубо молились и взывали: «Помилуй нас, Господи, пощади нас!», чтобы мы не стали «пищей чуждаго» (т.е. добычей врага), чтобы мы стали достоянием Самого Господа, Который и произвёл нас на этот свет, и призвал нас к тому, чтобы каждый из нас имел Вечность. Чтобы враг рода человеческого не похитил нас, чтобы мы не стали его пищей, не стали посмеянием того Образа Божественного, который заложен в каждого из нас.

В своей жизни мы должны стремиться всё больше и больше стяжать то внутреннее утешение, внутреннее одухотворение, которое мы получаем в эти дни. Но важно сохранить этот дар и в последующие дни нашей жизни, а не только во дни Великого поста быть спокойными, ведь многие из вас, наверное, заметили, что, не включая телевизор, не слушая радио, не читая светские газеты, становится как-то спокойнее. Кажется, что мир остановился. Пусть они там бушуют, ругаются, домогаются власти, добывают деньги, а мы остаёмся самими собой, потому что мы в эти дни получаем самое главное и самое ценное – мы встречаем в сердце Самого Христа. И нам становится и легко, и спокойно, и мы можем уверенно шествовать путём земного служения, приобретая Христа в своём сердце и стремясь к вечности, в которой мы будем неразлучно пребывать с Самим Богом.

Аминь.

Богоявленкский Собор Пенза

Адрес собора:

г.Пенза, ул. Октябрьская, 2/116. Тел.: 8(927)289-49-84, 39-49-84.

(ДК Железнодорожников)

www.bogoyav-sobor.com

Богоявленский Собор, г. Пенза

  • Vkontakte Social Иконка
  • Facebook Социальной Иконка

Вопрос священнику